Защита глазами адвоката по назначению

Защита глазами адвоката по назначению

Одним из плюсов работы в конкретном адвокатском образовании пару лет назад мне виделась стабильная возможность получать определённую сумму денег из федерального бюджета: вознаграждение адвоката по 51-ой (здесь и далее – ст. ст. 50, 51 УПК РФ). Такая возможность есть далеко не во всех адвокатских образованиях, а решения по закреплению того или иного из них за конкретным государственным органом (районным судом, отделом полиции и т.д.) принимаются Советом Адвокатской палаты субъекта. Получить на старте карьеры опыт самостоятельной работы по уголовным, – и довольно простым, – делам весьма ценно; что же получает адвокат взамен? Защита глазами адвоката по назначению.

Защита глазами адвоката по назначению

Оплата одного судодня с учётом районного коэффициента в городе N. составляет 825 рублей (у коллег без соответствующего коэффициента – 550 рублей), по некоторым категориям дел, – три и более эпизода/тома/обвиняемых и др., – ставка выше; в выходные дни и в ночное время ставка удваивается.

23:30. Звонок. Усталый голос следователя по ОВД: «Приедете к нам? Жулика задержали, сейчас явку сидит пишет. Что за статья? Да сбыт, “шоколад” пытался продать. Вас ждать?».

Да. Хотя отдел полиции, за которым закреплена наша коллегия, на противоположном конце города от дома, и хода туда как минимум полчаса даже по пустым дорогам, бензина уйдет максимум рублей на 200. В то же время, в протоколе допроса будет указано время: с 23 час. 30 мин. до, скажем, 00 час. 30 мин. И волшебная строчка, впечатанная товарищем майором юстиции: с допросом в ночное время согласен. Такая манипуляция со временем начала и окончания допроса позволяет адвокату записать себе в актив не один судодень, а два, и оба – в ночное время. Если дело простое, то это 3300.

Стража обычно формальная: одна из нескольких у дежурного судьи в райсуде за этот день.

Потом возможна стража. Не по каждому делу, конечно. Скажем, по третьей части сбыта она практически неизбежна. Стража обычно формальная: одна из нескольких у дежурного судьи в райсуде за этот день. Потом, спустя два месяца, – её продление. В промежутке – ознакомление с постановлением о назначении какой-нибудь экспертизы, с заключением эксперта, предъявление обвинения, допрос в качестве обвиняемого, очная ставка, проверка показаний на месте (“выводка”), потом – 217-я.

Если человек “ходячий”, следователь может разнести даты таким образом, что всё это делалось не в два последних дня срока предварительного расследования, а якобы в совершенно разные. Судодней шесть вместо двух. Если добавить стражу с продлением, то и все восемь; ещё 6600. А если договориться со следователем, то в ночь можно никуда и не ехать, а спокойно приехать в отдел утром, подписать уже готовый протокол допроса и, возможно, на месте познакомиться с подзащитным.

В суд процентов 95 уходит особым порядком

В суд процентов 95 уходит особым порядком, – значит, ещё один судодень; реже два. На выходе примерно 10500, с которых будут заплачены налоги, взносы в коллегию и Палату, ФОМС и ПФР. И это с одного человека и при хорошем раскладе. В месяц получается примерно два дежурных дня и два резервных, – на тот случай, когда дежурный адвокат не может или не хочет ехать работать в отдел. Повезло дежурному, если ему упало как минимум 2-3 заявки за день; в месяц он получит около шести дел, в которых нужно участвовать. Часто дежурства пустые, и за месяц может не прийти ни одного нового дела, поэтому в среднем разброс от 0 до 5; обычно он чуть ближе к нулю.

На следствии больше возможностей накрутить количество судодней, в дознании гораздо меньше, – обычно получается два, плюс одно судебное заседание в особом порядке. Судебный департамент за судодни платит исправно и без задержек (хотя по своим записям лучше сверять, не забыли ли про какое дело), бухгалтерия МВД – хуже, но в целом тоже относительно стабильно.

Резервные дни у адвоката практически всегда пустые, и расчёт делается на дежурства; ведь тот же дознаватель может и придержать дело, по которому ещё не начал работать, и поставить допрос подозреваемого на тот день, когда дежурит более приятный в общении адвокат, с которым они заранее созвонились. Формально никакого нарушения нет: адвокат заходит в дело строго в соответствии с графиком. По факту же его коллега недополучит некую сумму денег.

Что касается работы адвоката по назначению, то она не сложная.

Что касается работы адвоката по назначению, то она не сложная. Почти все подзащитные писали явки или были задержаны за то, что действительно совершили, и почти все они признают вину, соглашаясь на особый порядок. Есть, конечно, и инциденты с прекращёнками, но их единицы. По львиной доле дел адвокату остаётся только подписать стандартный набор документов (и возможно, прямо при выполнении 217-ой, как это ни печально), а в суде в прениях повторить за прокурором мантру про смягчающие вину обстоятельства и попросить судью не наказывать подзащитного строго.

Есть и интересные дела, но это большое исключение из общего правила. Работа по 51-ой не влечёт за собой ни баснословной прибыли (хотя есть и такие адвокаты, кто зарабатывает здесь существенно больше своих коллег по цеху), ни чувства удовлетворения от этой работы, ни чувства профессионального роста. Единственное желание – бросить к чёрту уголовку и податься в арбитраж.

Защита глазами адвоката по назначению